Виталий Калиниченко: Прыгуну с трамплина нельзя желать попутного ветра

Зима стучится в окна все громче, и “КП” в Украине” все чаще знакомит дорогих читателей с зимними видами спорта. Да-да, они у нас тоже есть. Не так давно вы с первых уст узнали о состоянии бобслея в Украине. Теперь пришел черед еще одного экзотического для Украины вида спорта – прыжков с трамплина.

Многие ассоциируют Ворохту с уникальным железнодорожным виадуком, который являлся составляющей частью грандиозного замысла австро-венгерского правительства, по которому Адриатическое море планировалось соединить с Черным железнодорожным полотном, но мало кто знает, что в этом поселке уже более полувека существует трамплинный комплекс “Авангард”. Построен он был в 1955 году. Дважды его реконструировали – в 1972-м и 1987-м. Последний раз постелили современное искусственное покрытие и оборудовали намораживающей лыжней. В свое время там проходили всесоюзные и международные соревнования, но последний раз континентальные старты проводили в Ворохте в конце 90-х.

Сегодняшнее состояние трамплинного комплекса аварийное, однако в августе 2020 года стало известно, что комплекс, который включает в себя несколько трамплинов, в том числе К75 и К90, будет реконструирован в третий раз. Об этом сообщил на своей странице в Инстаграм лучший украинский прыгун с трамплина Виталий Калиниченко, который прыгает на нем с девяти лет.

Мы связались с Виталием и обстоятельно поговорили о состоянии дел не только прыжков с трамплина, но и двоеборья, где начинал свою карьеру 27-летний уроженец Ворохты.

До 2014 года занимался двоеборьем

– Виталий, прыжки с трамплина в Украине – редкая экзотика. Как вы познакомились с этим красивым с эстетической стороны видом спорта?

– В девять лет я с мамой переехал в Ворохту. С советских времен Ворохта была центром прыжков с трамплина, здесь проводились всесоюзные соревнования. Моя мама вышла замуж второй раз. Мой отчим был тренером по прыжкам с трамплина и лыжному двоеборью. До него со спортом я знаком не был. Отчим стал меня тренировать и привил любовь к трамплину. Параллельно я катался на беговых лыжах и спускался со склонов.

Впервые я прыгнул с 15-метрового трамплина, когда мне еще и десяти не было. Мне понравилось, и я увлекся. В Ворохте не было 30-метрового трамплина, и мы стали наведываться в соседнюю Верховину, а затем ездить еще дальше – в Кременец (Тернопольская область), где был 40-метровый трамплин. В Ворохте функционировали три трамплина: 15-, 75- и 90-метровый. Промежуточных не было, вот и приходилось мотаться между Верховиной и Кременцом.

В возрасте 12-13 лет я стал попадать на пьедестал на юношеских чемпионатах Украины. Но это в лыжном двоеборье. Это микст прыжков и лыжного бега. Двоеборьем я занимался до 2014 года. Не попав на Олимпийские игры в Сочи, я решил сфокусироваться на прыжках с трамплина.

– Вы занимали 13-е место в Валь-ди-Фьемме на ЧМ-2013. На чемпионатах мира по прыжкам с трамплина у вас были хуже результаты… Почему отказались от двоеборья?

– Бег хуже давался. Технически я бежал хорошо, но физически соревноваться на таком уровне в лыжном двоеборье силенок не хватало. На том первенстве я показал 13-й результат в прыжках, а по итогам лыжной гонки занял 51-е место. Перед этим на чемпионате мира по двоеборью среди юношей стал семнадцатым. Прыжки с трамплина удавались лучше, чем лыжные гонки, поэтому я решил сосредоточиться на прыжках.

– В прошлом месяце вы выиграли соревнования в румынском Рышнове. Какого уровня престижности были соревнования?

– В международной федерации лыжного спорта FISэто самый первый уровень соревнований. Далее идет Континентальный кубок, где средний уровень спортсменов. И самые престижные – этапы Кубка мира. Зимний сезон в этом году начнется 22-23 ноября в польской Висле. Но все пока в подвешенном положении. Мы даже не можем выехать на сборы в Словению – отели закрывают на карантин.

Сейчас FIS приняла решение, что проводить этапы Кубка мира станут, если минимум шесть стран подадут заявку на участие. Раньше было восемь. Пандемия все перечеркивает. Нужно же хоть как-то провести сезон. Чемпионат мира запланирован на 22 февраля – 7 марта в Оберсдорфе (Германия). Все решения по проведению соревнований будут принимать непосредственно перед стартами.

На чемпионате Украины соревнуются всего две области

– Чего не хватает украинским прыгунам, чтобы входить хотя бы в топ-30?

– В первую очередь в Украине нет инфраструктуры и условий для подготовки спортсменов. Только в этом году собрались реконструировать трамплин в Ворохте, который пребывает в полуразваленном состоянии. В прошлом году чемпионат Украины здесь проводили на свой страх и риск, он уже давно в аварийном состоянии.

После реконструкции трамплин в Ворохте не будет соответствовать стандартам FIS, но хотя бы будет безопасным. Прыгунам в Украине негде тренироваться.

– А как же трамплинные комплексы в Кременце, Верховине и Надворной?

– Трамплин в Надворной уже закрыт. В Верховине и Кременце открыты, но только в Ворохте есть 90-метровый, который разрешает провести по регламенту полноценные соревнования. 120-метровых в Украине вообще нет. На чемпионате Украины соревнуются всего две области – Ивано-Франковская и Тернопольская. Сборы проводим в соседних Польше и Румынии – что поближе и экономнее. Чтобы хватило денег еще на какую-то амуницию.

– Наши соседи поляки среди топ-стран в прыжках с трамплина, а мы на задворках. Только ли в этом все дело?

– Не только, разумеется. Украина находится в информационном вакууме, есть определенная неосведомленность относительно тренировочного процесса, технологических возможностей тех же комбинезонов. Многое зависит от экипировки – есть разные модели лыж, ботинок, крепления. На это нужно значительное финансирование государства.

Условно австриец или норвежец может протестировать пять лыж и выбрать себе самые удобные и лучшие, а мы покупаем одну пару лыж и просто адаптируемся под них.

– Сколько в Украине профессиональных прыгунов с трамплина?

– Порядка 40. Это те, кто принимают участие на чемпионате Украины. Если построят трамплин в Буковеле, где открыли центр олимпийской подготовки, возможно, их число немного возрастет. В двоеборье ситуация еще более плачевная.

Страх превращается в удовольствие

– Прыжки с трамплина – опасный вид спорта? И проходит ли страх со временем?

– Конечно, если человек заберется на трамплин и посмотрит вниз, у него закружится голова. Но мы к этому шли постепенно. Сначала самые маленькие трамплинчики, затем 15, 30, 50, 70, 90 метров. Со временем спортсмен оттачивает мастерство, становится смелее, и приходит понимание, что со страхом можно бороться. И уже больше играет адреналин, это как наркотик. Страх превращается в удовольствие.

– С чем сравнимы эмоции во время полета?

– Если вы первый раз прокатитесь на крутых американских горках, то страх и адреналин почувствуете больше. Прыжки с трамплина менее травмоопасны фристайла. Там намного сложнее элементы и риск получить серьезную травму выше. Прыжки с трамплина не такие экстремальные. Перед прыжком спортсмен спускается по лыжне, сам этот элемент не является сложным. Сложно исполнить его как следует на скорости – попасть в “стол”, правильно оттолкнуться.

– В момент полета какие мысли проносятся в голове?

– Когда садишься на лавку перед прыжком, никаких отвлеченных мыслей нет. Если будешь думать о чем-то постороннем, не выполнишь необходимых элементов в полете. То, что ты нарабатываешь на тренировках, на соревнованиях нужно улучшить на 5-10%. Должен быть максимальный уровень концентрации. Прыжок начинается с лавочки. Очень важно, как ты стартуешь и проедешь до стола отрыва. Мысль одна: правильно выполнить толчок на столе отрыва. В полете максимальная концентрация на прыжке. Бывают разные погодные условия, нужно быть готовым ко всему: ветер может дуть в спину, быть встречным или боковым. Сложнее всего прыгать, когда ветер дует в спину – ты как бы не имеешь опоры со стола отрыва. Такой маленький нюанс может стоить до 15 метров дальности полета. При встречном ветре можно улететь на 125 метров, а при попутном – на 110. Вот почему нельзя желать попутного ветра прыгуну с трамплина.

При попутном спортсмен попадает в безвоздушное пространство и не может опереться о воздух и “проваливается”. Боковой ветер очень мешает. Чтобы в таких условиях не опрокинуло, прыгуны обычно помогают себе руками. Во время прыжка при встречном ветре образуется воздушная подушка, которая помогает лететь дальше.

– Успеваете насладиться красивыми пейзажами?

– Прыгун смотрит только вперед. Сначала фокус на столе отрыва. Крайне важно удачно попасть в этот стол отрыва. Можно рано встать, а можно поздно. Если проезжаешь, ты уже от ветра толкаешься, если рано – не имеешь чем оттолкнуться, лыжи как бы падают. Во время полета тоже смотришь только вперед и концентрируешься уже на приземлении. На тренировках с ребятами пробовали головой покрутить, посмотреть по сторонам, увидеть вышку боковым зрением, где стоит тренер с флажком. Но это ради эксперимента.

– Вам нравятся больше меньшие трамплины (90 м) или большие (120)? Насколько ощутима разница в прыжках?

– Чем выше трамплин, тем выше скорость. На 90-метровом трамплине скорость на горе разгона варьируется от 83 до 86 км/час. Если у прыгуна присутствуют какие-то технические ошибки, то их проще исправить на 90-метровом. Потому что на 120-метровом трамплине скорость при взлете составляет 89-93 км/час.

Мне лично нравятся 120-метровые трамплины. Полет длится дольше, и можно в воздухе технически вытянуть немного дальность прыжка. В самих ощущениях разница невелика. Есть у нас полеты на лыжах, они производятся с 200-метрового трамплина. По рассказам, там уже совершенно другие чувства. Рекорд мира по полетам на лыжах принадлежит австрийцу Штефану Крафту. Он улетел на 253,5 метра. Но мы с ребятами никогда не прыгали с 200-метрового. Но вкусить дополнительную порцию адреналина очень хочется.

Комбинезоны играют важную роль в прыжках с трамплина

– Падения с трамплина случались?

– Давно. Прошлым летом на тренировке. Падения случаются в основном тогда, когда ребенок учится прыгать. Первые тренировки в прыжках направлены как раз на правильное падение, чтобы быть готовым. Когда я первый раз упал, то на адреналине сразу же побежал наверх. Ничего не почувствовал. Боль может проявится позже. Конечно, есть страшные падения, но точно не такие, как в горных лыжах или фристайле. Слава Богу, за 18 лет в прыжках я ничего не сломал. Были только сильные ушибы.

– Для совершения хорошего прыжка важно понимание аэродинамики. Сложно его развить, это же не врожденное?

– Эти моменты закладываются автоматически с практикой. Ты учишься с самого малого, как говорят – набиваешь шишки. Я помню свои первые прыжки на 8-10 метров. Естественно, о таких вещах, как аэродинамика, в 10-летнем возрасте никто понятия не имеет.

Когда я уже летел 15-20 метров на лыжах, то начинал понимать, что нужно уметь контролировать полет. В полете важен каждый шорох пальца, не говоря уже о том, как может измениться полет при определенном положении рук. В процессе практики ты также учишься быстро реагировать на смену погодных условий, адаптируешься под боковой ветер. В самом прыжке технически ничего не меняется. Большую роль играет порыв ветра и чувство того, как стоят твои ноги, туловище, таз. Это все тренируется с детства, а с годами все отшлифовывается до автоматизма.

– То есть физику необязательно хорошо учить в школе?

– Лучше все-таки учить. Сейчас в прыжках с трамплина многое зависит от экипировки. Можно улучшить результат процентов на 15-20%. Это та самая физика. Ботинки, вставки, крепления – все имеет свои функции. Чтобы подобрать правильно экипировку под спортсмена, нужно приложить массу усилий. Лыжи индивидуально несут свою функцию. Какие-то нейтрально выходят со стола отрыва, а в фазе прыжка прут на тебя. Другие сразу прут со стола и в фазе полете ведут себя стабильно. Важно уметь подобрать нужную модель лыж, если хочешь быть конкурентоспособным на стартах.

– Верно ли, что максимальная длина лыж для прыжков с трамплина может достигать 146% от роста спортсмена?

– Да. Мой рост – 171 см, а длина лыж – 238. Они регулируются еще и по весу. Максимальная длина лыж у меня может быть 248 см. Но я вешу меньше, поэтому, соответственно, мне нужны лыжи более короткие. FIS внимательно следит за этими вещами, и за превышение лыж на сантиметр, а то и полсантиметра может снять с соревнований.

Есть еще ограничение по литражу комбинезона. На недавних соревнованиях в Рышнове меня сняли из-за того, что комбинезон не пропускал необходимого количества воздуха (от обтекаемости зависит дальность полета – Авт.). Допустимая норма 40 литров, а у меня было в одном месте – 39, а в другом – 35. Я иголками проткнул комбинезон в нескольких местах, и на второй день соревнований мой комбинезон уже пропускал 55 литров.

– Какой прыгун летит дальше – низкий или высокий, легкий или тяжелый?

– Рост уже особо не играет значения, потому что все уже давно контролируется длиной лыж. Рослые спортсмены имеют большую амплитуду при толчке со стола отрыва. Впрочем, немцам высокий рост не мешает побеждать.

Но все же в прыжках с трамплина больше доминируют спортсмены, у которых рост 170-165 см. Очевидно, что чем легче спортсмен, тем дальше он улетит, но всегда нужно соблюдать меру. Если будешь слишком худым, то будет сложно управлять со своим телом.

– Какая у вас мечта в прыжках с трамплина?

– Выступить на Олимпийских играх. В Сочи, еще выступая в двоеборье, я не отобрался. К Пхенчхану-2018 готовился как прыгун с трамплина. Шансы получить лицензию были, но небольшие, и эту квоту получить не удалось. Раньше от страны допускалось четыре спортсмена, а в Пхенчхане разрешили пять, и спортсмены из ведущих стран меня вытеснили из квоты. Теперь я мечтаю о Пекине-2022. Конечно, хочется внести и вклад в развитие прыжков с трамплина в Украине. Но это глобальная мечта.

– Вы занимаетесь прыжками профессионально. На жизнь хватает или где-нибудь параллельно работаете?

– Я профессиональный спортсмен, поэтому на что-то другое банально нет времени. Спортсмены состоят на ставке в Министерстве спорта. Министерство с федерацией обеспечивают и лыжной амуницией – ботинками, лыжами, экипировкой. В прыжках едва ли не самую важную роль играют комбинезоны. К примеру, в развитых странах – Германии, Норвегии, Финляндии, Польше – прыгуны используют один комбинезон на два старта и нередко шьют под заказ. В Украине мы получаем в лучшем случае 2-3 комбинезона на один сезон.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

 

Скелетонист Владислав Гераскевич: Падения со скелетона случаются нередко, и они приводят к ожогам